Антон Чехов. “Из дневника одной девицы”. | Литературный уголок | Яндекс Дзен

Автор рассказа: Антон Павлович Чехов
Название: “Из дневника одной девицы”
Примерное время чтения: 4 минуты

Наши друзья

 
Для того, чтобы добавіть ссылку на Ваш ресурс – пишите в обратную связь

“Из дневника одной девицы”

13-го октября. Наконец-то и на моей улице праздник! Гляжу и не верю своим глазам. Перед моими окнами взад и вперед ходит высокий, статный брюнет с глубокими черными глазами. Усы — прелесть! Ходит уже пятый день, от раннего утра до поздней ночи, и все на наши окна смотрит. Делаю вид, что не обращаю внимания.

15-го. Сегодня с самого утра проливной дождь, а он, бедняжка, ходит. В награду сделала ему глазки и послала воздушный поцелуй. Ответил обворожительной улыбкой. Кто он? Сестра Варя говорит, что он в нее влюблен и что ради нее мокнет на дожде. Как она неразвита! Ну, может ли брюнет любить брюнетку? Мама велела нам получше одеваться и сидеть у окон. «Может быть, он жулик какой-нибудь, а может быть, и порядочный господин», сказала она. Жулик… quel [какой (фр.)]… Глупы вы, мамаша!

16-го. Варя говорит, что я заела ее жизнь. Виновата я, что он любит меня, а не ее! Нечаянно уронила ему на тротуар записочку. О, коварщик! Написал у себя мелом на рукаве: «Поcле». А потом ходил, ходил и написал на воротах vis-a-vis: «Я не прочь, только после». Написал мелом и быстро стер. Отчего у меня сердце так бьется?

17-го. Варя ударила меня локтем в грудь. Подлая, мерзкая завистница! Сегодня он остановил городового и долго говорил ему что то, показывая на наши окна. Интригу затевает! Подкупает, должно быть… Тираны и деспоты вы, мужчины, но как вы хитры и прекрасны!

18-го. Сегодня, после долгого отсутствия, приехал ночью брат Сережа. Не успел он лечь в постель, как его потребовали в квартал.

19-го. Гадина! Мерзость! Оказывается, что он все эти двенадцать дней выслеживал брата Сережу, который растратил чьи-то деньги и скрылся.

Сегодня он написал на воротах: «Я свободен и могу». Скотина… Показала ему язык.

Часть 1

29 мая 2020, 22:45

– Давай быстрей, – Ларри подпер собой дверь в мужской туалет и притянул за ворот кофты Сала, нетерпеливо целуя того в губы. Поцелуй получился грубым и довольно мокрым, так что Фишеру пришлось утереть со рта его размазанные слюни.- Секунду, – Сал пригвоздил Ларри обратно к двери и сел на корточки, будто с презрением осмотрел расстояние между дверцами и полом и убедившись, что никого нет, затащил Джонсона в первую свободную, лишь только тот закрыл щеколду двери, ведущей в школьный коридор. – Так не получится, повернись, – скомандовал Сал и захлопнул крышку унитаза. Сейчас он всех богов благодарил за существование их школьного уборщика, который до блеска здесь все начистил только час назад. Даже полы еще не обоссаны, мистер Галлагер, вы – чудо.Ларри с долгим выдохом развернулся к Фишеру спиной и оперся одним коленом на крышку. Он успел расстегнуть ремень перед тем, как Сал перенял на себя инициативу освободить его от джинс. Вместе с трусами тот стянул их до колен и занялся своими. Бляшка громко звякнула ударившись об кафельный пол, но штаны он потрудился лишь слегка приспустить ради экономии времени. Сал сжал в руке ягодицу Джонсона, другой повернув его на себя за щеку для поцелуя. Ему ненадолго позволилось побывать в чужом рте и пустить язык Ларри в свой рот, как тот чмокнул его в уголок рта и несдержанно сказал:- Amado, только не тупи, дома нацелуемся, – Ларри заправил выбившуюся голубую прядь ему за ухо и отвернулся. Он с детства знал два языка – американский английский, на котором все говорили, и испанский, которому его научили его мать и бабушка, пол жизни проведшие в далекой жаркой Испании. Сала он научил паре фраз, это позволяло им общаться в людных местах так, чтоб их никто не понимал. Своего рода шифр.- М-мх, новое словечко? Что это значит? –  Фишер мял его плечо, и раз уж ему преградили путь к губам, он перешел с поцелуями на шею. – Любимый. Тебе ещё учиться и учиться. Я дам тебе- Мх! – пока Ларри болтал, Сал набрал вязкой слюны во рту и смочил пальцы, и зная, что Джонсон уже давно готов, вставил в него сразу два. Металлист довольно зажмурился, кривая улыбка смешала в себе боль от долгожданной заполненности с радостью за то, что тот не стал тянуть, – Дам… Свой словарик для начинающих по испанскому, – еле дыша выговаривал он, пока внутри уже вовсю набирали темп чужие пальцы, – Хочешь научиться чему-то новому? – Очень хочу, – Сал склонился к нему и у самого уха прошептал: – Поможешь мне? – Sí te ayudaré… (Да, я помогу тебе)- Я бы вечность слушал, как ты говоришь на испанском, – его и вправду это зачаровывало. Голос Ларри немного менял в тональности и становился звонче, но оставался все тем же родным для его ушей. И пусть многих фраз Сал пока не понимал, но как цель себе поставил: выучить хоть что-то, чтобы болтать с ним и тем самым чаще слышать его голос таким. Джонсон от набранного Салом темпа сдержанно постанывал, двигая бедрами все активней и насаживаясь на пальцы почти до костяшек. Собственные тихие стоны его смущали, ему хотелось избавить их обоих от этого, но он не мог – желание увеличивалось и нарастало как снежный ком, организм требовал больше. Глубже, чаще, и, возможно, даже намного грубее. Ларри снял колено с крышки и встал так, что унитаз оказался у него между ног, так он дал Салу больше места, чтобы было где развернуться. Металлист в пол оборота обратился к Фишеру. Он сжал запястье руки, которой тот двигал в нем, и убрал ее от себя, попутно лизнув кончиком тонкого языка его щеку. Джонсон сильно прогнулся в спине и натолкнул на себя Сала, притянув рукой за бок. Когда член Сала коснулся чужих ягодиц, Фишер невольно прикусил губу изнутри и горячо выдохнул. Во рту снова поступила слюна, и он решил повторно смазать Ларри. Быстро мазнув его проход двумя смоченными пальцами он быстро и по возможности аккуратно вошел. Руки Джонсона оказались на холодной стене, пальцы вжимались в белую плитку, царапая ее ногтями. Фишер пустил руку ему под футболку, оглаживая все от живота до ключиц, а Ларри сжал его руку своей через ткань и откинул голову назад. Сал активно набирал темп и входил все глубже, толкаясь гладко как по маслу из-за обилия естесственной смазки навстречу подающимся на него бедрам. Из Джонсона выбился первый серьёзный стон. Он раззадорил Сала еще больше, и толчки вскоре стали резкими и грубыми. Слух ласкал скулеж и редкие ругательства, слетающие с губ металлиста. Гитарист впился пальцами в его бедро, помогая дополнительно наталкивать его на себя, а Ларри сорвался на просьбы:- Сильней, а-ах, сильнее! – Дама просит, Сал! Выеби его сильнее, как последнюю сучку, – комментарий раздался из предпоследней кабинки. Сал со стуком вжался в стену, ударяясь затылком, с дикими от неожиданности глазами. Дав Ларри место чтоб развернуться он застегнул ширинку и вылетел из кабинки, оставив ремень лежать на полу, а Ларри одеваться. Тот как черт из табакерки выпрыгнул за ним почти сразу, иначе кто знает, что на уме у извращенца – еще удерет растрепывать всей школе, или же что не менее ужасно – дрочить на воспоминания. Джонсону резко стало очень мерзко. Липкое чувство стыда с привкусом того, что тебя изнасиловали, это все породило новое и четкое чувство ненависти и готовности убить любого, кто позволил себе подслушивать их за сугубо интимным делом. Кажется, Ларри придумал новый мат, когда им навстречу из кабинки громко хлопнув дверью вышел Трэвис. Ларри зажмурился, схмурил брови и поджал губы от безысходности и злости, вскинув голову в потолок. “Он буквально оказался на блядской полянке из четырехлистных клеверов,” – так думал Сал, разглядывая лицо Трэвиса, пока не заметил в нем неестественно грустный и побитый взгляд для такого улова. Они уставились друг другу глаза в глаза. Слишком долго. Фишера будто стыдили за одно лишь его существование. – Черт, прости нас, Трэв! – Сал прекратил их гляделки и потер переносицу, стыдливо закрыв глаза, – Клянусь, я проверял чтоб тут никого не было, и по отсутствию на полу ног решил, что мы одни… – Не оправдывайся. Этот уебок мог уйти с самого начала, – Ларри злобно поджимал губы, – Ты че, мудло, чтоб посрать на толчек с ногами забираешься? – Ларри решил защитить их обоих посредством агрессии, на что Сал легонько толкнул его под бок локтем, ведь считал, что он так лишь усугубляет. Глупо пытаться задеть того, перед кем ты итак в отчаянно невыигрышном положении. – Прости его, – Фишер с прищуром глянул на металлиста, а тот в недоумении от того, что тот до сих пор извиняется пожал плечами, – Есть что-то, что ты хочешь за молчание? – Не говори мне, что ты веришь, что что бы мы не сделали, этот сучий кусок говна “никому ничего не расскажет”, – передразнил его Ларри, – Взгляни на него, эта крысиная рожа готова любыми способами кому угодно поднасрать! Трэвис стоял неподвижно, слегка пошатываясь и все больше впадая в отчаяние. Он был ошарашен, судя по округленным глазам, но коварной ухмылки на лице не наблюдалось. Вместо нее поджатые губы, нервно подергивающиеся, уже в кровь искусанные. Отекшие от слез глаза, оба красные, не как обычно – один подбитый. Он сжал кулаки, ногти полумесяцами отпечатались на внутренней стороне ладоней и Фелпс пошатнулся вперед к Ларри, но устоял, когда того за руку схватил Сал.- Заткнись нахуй, – он опустил голову в пол и зажмурился от поступивших слез. – Чёрт, чувак, что стряслось? – Фишер отпустил руку Ларри и легко погладил ее перед тем, как подошёл к Фелпсу ближе, нелепо держа руки перед собой, будто ожидая, что тот на него сейчас же накинется с кулаками. Блондин хорошо сдерживался – жмурился, потирал пальцами глаза, но когда Сал в знак утешения его слегка приобнял, слезы сами хлынули из глаз, а руки крепко сжались на его спине в ответ. Фишер ошарашенно оглянулся на Ларри. Тот находился в не меньшем шоке и склонив в бок голову со злобой уставился на него в ответ, складывая на груди руки. – Я… я не.., – глаза вновь подернулись слезами, и Трэвис стыдливо закрыл ладонями лицо, – Сал… – Да что с ним блять не так? – ругнулся Салу Джонсон и подался на шаг вперед за ним. Тот на него лишь шикнул. Чего Ларри точно не ожидал, так это плачущего Фелпса. Это как играть в снежки летом, или смеяться на похоронах. От его слез в Ларри проснулась эмпатия, которая, казалось, дрыхла вечным сном относительно Трэвиса. Ларри сделал еще шаг и протянул к нему руку. – Пошёл нахуй. Ларри сщурился и приоткрыл рот, непонимающе повел в воздухе ладонью и молча вернулся на место. – А ты, – Тревис в последний раз всхлипнул и сжал в руках плечи Сала, отодвигая его от себя лишь на пару сантиметров, – Убери руки с моих волос, мне не сложно догадаться, куда ты их пихал пять минут назад… Мудила, – Тревис будто выдавливал из себя оскорбление, хотя Ларри он послал очень даже искренне, – Никто не узнает, – он смущенно оттолкнул от себя Сала и встал как зацементированный в белую плитку на полу.- Пиздит, – Ларри подошел к Салу и положил ладонь ему на плечо.- Не припомню, чтоб здесь кто-то спрашивал мнение сучки.- Никогда его так больше не называй, – четко проговарив каждое слово Фишер сдержанно выдохнул, придерживая Ларри за руку и тем самым предотвращая мордобой.- Ты не дослушал, чего я хочу взамен. Об этом тоже никто не должен узнать, но ты это выполнишь, если не хочешь, чтобы все узнали как ты пялишь этого выблядка.- И что же плакса-Трэв хочет получить? – посюсюкался с ним Ларри.- О, тебе больше всех понравится, – Фелпс непринужденно ему улыбнулся, – Пусть он меня поцелует, – парень обратился на Сала.Гитарист молча приоткрыл рот в изумлении и схмурил брови.- Ты ебу дал?- Я вполне серьёзно. Он меня целует, а ваши потрахушки не покидают пределов этой комнаты.- Ни за что! Сал, – Ларри повернул его на себя и слегка согнулся, с отчаяньем уставившись в голубые глаза, – ты же не станешь этого делать?- Но как по другому? – в свои семнадцать лет Джонсон уже готов был поседеть. Он действительно не знал, как по другому, но так он точно не хотел.- А Ларри посмотрит на это, – улыбнулся Трэвис. Металлист истерично выдохнул и сжал в руках ладони Сала. – Прости… Так мы все точно замнем, да и у нас появится ответный компромат, – Фишер сжал руки в ответ, а потом выпустил их и погладил его предплечья. Ларри обреченно смотрел вслед отходящему Фишеру, начиная понимать, что по другому и правда не выберешься. Сал стоял к нему спиной, повернув на него голову. – Не тупи, придурок, – Трэвис грубо взял запястья Сала и притянул его к себе, заставив себя обнять. – Мы договаривались только на поцелуй, – Сал спрятал руки в карманы и вновь повернулся на Ларри, – Siempre te amaré solo cariño, no necesito a nadie más. (Я всегда буду любить только тебя, милый, мне никто больше не нужен) Художник глупо заулыбался и приложил руки к груди, чувствуя радость и некое превосходство над Трэвисом.- Ты уже так много знаешь, – отвлекал себя Ларри. – Ради тебя учусь, – Сал улыбнулся в ответ. – Так мило… – Да заткнись ты там уже, – устало протараторил Фелпс и как по щелчку пальцев изменившись в лице уставился Салу в глаза. Оно стало как никогда добрым и расслабленным, он чуть опустил веки и мягко улыбнулся. Сал же напротив скривил губы в ироничной улыбке, игнорируя его странное поведение. Гитарист чуть привстал на носочки и чмокнул Трэвиса в щеку. – И че это? – Твой поцелуй. Прикажешь целовать тебя в губы при нем? – Сал увел руку в сторону Ларри, – Даже для тебя это слишком жестоко. Может лучше вмажешь мне? – Я сказал чего от тебя хочу, твое дело – выполнять. А если нет – радуйся косым взглядам и бубнежу всяких крыс за вашими спинами до самого выпуска, если, конечно, это “случайно” не дойдет до директора, так вы вылетите гораздо раньше. Поцелуй меня так, как ты целуешь его. – Какая же ты сука! – сквозь зубы проговорил Джонсон, в злости сжал кулаки и махнув волосами отвернулся от обоих чтобы скрыть излишние эмоции. Фелпс оставил замечание без ответа и посмотрел на Ларри с довольной улыбкой. – Целуй. А ты повернись, истеричка. – Перестань его оскорблять, – безразлично сказал Сал. Трэвис поднял его лицо за подбородок на себя и любовно уставился в глаза, сократив на максимум расстояние между их лицами. – Ничего не обещаю, – Фелпс закрыл глаза и мягко коснулся губами сжатых губ Фишера. Тот мог предугадать что случиться, если он будет ломаться – его будут заставлять делать это снова и снова, пока не выйдет так, как хочется Трэвису, поэтому он приоткрыл рот и стал аккуратно сминать чужие губы. Тот ухмыльнулся и забрался рукой в его распущенные волосы, а свободной прижал к себе за спину, чем сделал обоим жарче от соприкосновения торсами. Его язык вскоре вторгся к Салу в рот. Фишер поморщился и попытался отстраниться, но его вжали обратно за шею. Пришлось ответить тем же. Гитарист загнал язык Фелпса обратно к нему в рот и стал вылизывать все, что находилось внутри, на что последний томно выдохнул и погладил Сала по голове. Синеволосый сжимал в карманах кулаки и даже представлять себе не хотел, что сейчас мог чувствовать Ларри. К слову, тот чувствовал себя эталонным куколдом, поставьте его фото в словарик под определением. Ему очень хотелось отвернуться или вовсе уйти, но Трэвис часто проверял, смотрел, смотрит ли он, при этом уже буквально борясь с его парнем на языках. – Б-блять.., – Ларри прикрыл рукой рот. Сал не смог игнорировать расстроенный возглас Джонсона и отодвинул от себя Трэвиса, давя рукой ему на грудь. – Еще немножко.., – попросил тот, и не дожидаясь явного отказа возобновил поцелуй. Его рука со спины Сала ласково скользнула ему на бедро, а после пальцами он опасливо коснулся его паха. Блондин успел лишь пару раз смять его губы, как Фишер очухался и грубо толкнул его в сторону. – Черт! Да что с тобой такое?! – Сал с легким отвращением вытер рот рукавом и в два шага настиг разбитого Ларри. Тот не мог даже позлиться как следует, его дух вместе со всеми эмоциями покинул тело и улетел в тартарары. – Прости.., – Трэвис сделал шаг навстречу и протянул перед собой руку, но вскоре быстро ее опустил и встал на месте.- Пиздуй уже отсюда, – Ларри сщурился, держа свои предплечья в руках и провожая взглядом Фелпса из одного конца комнаты в другой. Сал отвернулся от обоих и уставился в пол, не желая видеть сейчас лица ни того, ни другого.- Адьес, пидорасы, – Тревис махнул рукой и захлопнул дверь с другой стороны. Голос был такой, будто последних десяти минут их жизней не существовало вовсе, и самым пошлым, что видывали его глаза были на людях держащиеся за руки Тодд и Нил. Все то же привычное пренебрежение и превосходство. Спустя мгновенье после дверного хлопка парни кинулись друг другу в объятья. Ларри прижал к груди голову Сала и надолго задержал губы в районе челки, обхватив руками шею и макушку. Оба закрыли глаза и молча стояли, ожидая пока за ними придет кто-то вроде агента из людей в черном, чтобы стереть к чертям последние воспоминания. Сал часто водил руками туда обратно на пару сантиметров по спине и талии Джонсона, желая таким образом ощущать его больше и немного успокоить этими поглаживаниями обоих. – Думал, он из меня душу высосет, – сказал Сал, и его слова горячо отдались на футболке у шеи металлиста. – Дурак ты, – Ларри чмокнул его в лоб, потом в щеку и уголок рта, немного помолчал, и погладив по голове продолжил, – Кажется, ты ему нравишься…- Думаешь? А вот мне кажется, что ему больше нравится доканывать тебя, я ему по боку, – Фишер сцепил руки в замок за спиной художника. – Нонсенс цивилизованного мира – человек, на девяносто процентов состоящий из наивности! – Вот как? А что тогда остальные десять? – Хм… Любовь пожрать? – Пусть будет так, – улыбнулся Сал и выпустил Ларри из объятий, – Пойдем домой. Ларри постоял секунду с задумчивым видом, приподнял Салу кофту и вернулся в кабинку, с которой все начиналось. Вышел он оттуда с его ремнем в руках, довольный своей памятью протягивая Фишеру находку. – Спасибо, я бы и не вспомнил! – он принялся вдевать ремень в положенное ему место. – Знаю, – с напущенной гордостью заявил Джонсон и закинул руку Салу на плечи. Они подошли к двери, и пока гитарист возился с бляшкой смотря себе под ноги его взгляд зацепила помятая бумажка, лежащая у мусорки перед входом. – Что там?- Брось. Наверняка кому-то с кривыми руками приспичило выбросить списанный тест по английскому, – Ларри сщурился и всмотрелся в текст. Тот самый с кривыми руками сильно торопился, это объясняет почерк, который становится все хуже и хуже к концу, к последнему абзацу и вовсе превращаясь в набор неразборчивых символов. Разобрав первые пару строк Джонсон переменился в лице от осознания, что это было адресовано Трэвисом безымянному парню, по которому тот сохнет уже целый год. Ларри трусливо повернул на себя голову Сала, только победившему застежку, и положив ладонь ему на щеку поймал его взгляд, – Я нуждаюсь в тебе больше всех остальных, Сал, понял? Я лучше сдохну, чем ты разлюбишь меня. – П-понял.., – Сал немного растерялся, – Чего ты вдруг? Из-за Трэвиса? – его недоуменный взгляд на Ларри не помог выбить из него ответа, тот стал лишь сильнее вглядываться в него и чуть смурил брови, – Я всегда буду тебя любить, Ларри Джонсон. Только взгляни на себя, как я смогу лишить себя такого человека? – Фишер провел рукой по всей длине его волос и мягко улыбнулся, в душе пытаясь задушить странное гадкое чувство, возникшее по отношению к нему. Это было что то вроде адской смеси ненависти к его ревности, собственничеству и возможной попытки что-то скрыть. На секунду Салу захотелось выпрыгнуть в окно, сесть под какое нибудь дерево и обо всем хорошенько подумать. В одиночестве. – Спасибо, милый, ты меня успокоил. Теперь пошли, – Ларри легонько подтолкнул его к выходу и самодовольно ухмыльнулся своей значимости.«Что-то не так с этой запиской,» – думал Сал, – «Нужно узнать только, что именно. Вернусь через часок в школу, надеюсь, уборщику не взбредет в голову убираться тут каждые два часа.»

Даты

Март 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4

Сейчас на сайте

Сейчас на сайте 0 пользователей и 1 гость.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.